Пример: Транспортная логистика
Я ищу:
На главную  |  Добавить в избранное  

Социология /

Основные тенденции развития Российской политической элиты

←предыдущая следующая→
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 ... 



Скачать реферат


периферию политической жизни.

Перейдем к рассмотрению перечисленных этапов и специфики их проявления.

В 1917 г. новая группа молодых энергичных реформаторов во главе с В. И. Лени-ным пришла к власти, используя глубокий социально-политический кризис в стране. Но-вый правящий класс в короткий срок очистил страну от представителей проигравшей эли-ты. М. Афанасьев подчеркивает парадоксальность наименования “Советского государст-ва” — детища строителей коммунизма, поскольку Советы, как представительный (выбор-ный) орган, были выдвинуты большевиками как форма диктатуры пролетариата. С ним нельзя не согласиться, т. к. до последнего времени нахождения компартии у власти дейст-вовало следующее определение сущности государства: “государство диктатуры пролета-риата ... переросло в общенародное социалистическое государство трудящихся”. Однако, по В. Ленину: “... народное государство есть такая же бессмыслица и такое же отступле-ние от социализма, как и свободное народное государство”, и далее — “пока есть государ-ство, нет свободы. Когда будет свобода, не будет государства” .

Создавая партию, марксисты полагали, что они раскроют самосознание рабочего класса — пролетариата. Однако теория о классе скоро столкнулась с действительной ог-раниченностью культуры и сугубо потребительских интересов рабочих. Ленин писал: “... социал-демократического сознания у рабочих и не могло быть. Оно могло быть привнесе-но только извне. ... своими собственными силами рабочий класс в состоянии выработать... только убеждение в необходимости объединяться в союзы, вести борьбу с хозяевами” . Ленин считал, что необходимо в стихийное рабочее движение внести “определенные со-циалистические идеалы”, иначе говоря, “слить это движение с деятельностью революци-онной партии”.

Необходимо отметить принципиальный ленинский подход к созданию партии: “единственным серьезным организационным принципом для деятелей нашего движения должно быть... строжайший выбор членов, подготовка профессиональных революционе-ров” . По планам Ленина должны были возникнуть две различные, хотя и дополняющие друг друга организации: организация профессиональных революционеров и подчиненная ей собственно партия. Как заметил М. Восленский: “партячейки читателей (газеты) “Ис-кры” были эмбрионом массовой “партии нового типа”, организация профессиональных революционеров — эмбрионом диктаторски руководящего ею партийного аппарата” Во-сленский М. С. Номенклатура. Господствующий класс Советского Союза, М., Советская Россия, 1991. С. 55.

Что касается рабочего класса, то, по мнению Ленина, это по характеру своей рабо-ты наиболее организованный и дисциплинированный класс общества, именно он способен стать политической армией революции, после которой власть перейдет в руки пролета-риата в лице его авангарда. Авангард — по Ленину — это партия, ядро которой составляет организация профессиональных революционеров.

Таким образом, не ограничиваясь заменой общества гипотетической обществосо-зидательной деятельностью рабочего класса, большевики последовательно проводили за-мещение самодеятельности класса-гегемона деятельностью партийных организаторов.

С созданием организации профессиональных революционеров в обществе возник-ла деклассированна замкнутая группа. “Ее роль в системе общественного производства и в обществе в целом состояла в том, чтобы взорвать существующую систему производства и структуру общества” . Как верно отметил М. Восленский, с созданием изобретенной Ле-ниным организации возник зародыш нового правящего класса . Действительно, револю-цией и возникшим после нее Советским государством руководили не промышленные ра-бочие, а профессиональные революционеры, большинство которых рабочими не были. Например, первый совет народных Комиссаров состоял из дворян, выходцев из буржуа-зии, из разночинной интеллигенции. Рабочих и крестьян там не было, за исключение Шляпникова, давно уже ставшего профессиональным революционером. При Ленине ра-бочие составляли в партии значительно меньше 50%.

Большевистская партия последовательно превращала в свои орудия, всю внешнюю сферу, все институты государственной власти и общественной самоорганизации (Советы, госаппарат, профсоюзы, кооперативы, СМИ, среднюю и высшую школу, научные и куль-турные общества, добровольные объединения), ликвидируя те из них, которые не подда-вались “переплавке” (сельские общины, городские думы, политические партии). Историк Дм. Волкогонов описывает, как большевики препятствовали работе Учредительного соб-рания — выборного парламентского органа, рассматриваемого большевиками, как аль-тернатива Советам. Среди избранных делегатов (715 чел.) большевики получили в собра-нии 175 мест. Автор приводит воспоминание Л. Троцкого о словах Ленина, что “разгон Учредительного собрания советской властью есть полная и открытая ликвидация фор-мальной демократии во имя революционной диктатуры” .

Большевики с помощью декретов, а также огосударствления и централизации вла-сти создавали монополию одной правящей партии. В результате была не только установ-лена монополия компартии (партократия), не только рос новый партийно-государственный аппарат (необюрократия) — был создан, как отмечает М. Афанасьев, “особый социум (человеческая общность) диктатуры пролетариата” .Этот социум охва-тывал “передовой слой рабочего класса”, через который, по выражения Ленина, осуществ-лялась власть (широкая рекрутация “сознательных” пролетариев в госаппарат, мобилиза-ция рабочих в Красную армию и ВЧК, рабочие продотряды и т. д.).

Внутренней формой социума “диктатуры пролетариата” стала номенклатура. В де-кабре 1919 г. в низовые парторганизации была направлена директива, предписывающая создавать партийные ячейки в любой организации, где работают не менее трех коммуни-стов. “Три коммуниста” контролировали администрацию, т. е., по мнению М. Афанасьева, “приобщались к выполнению властных функций”. IX съезд РКП (б) рекомендовал пар-тийным организациям всех уровней составить списки лиц, пригодных для “выдвижения”. В кандидаты на выдвижение и выдвиженцы попадали не только партийцы, но и беспар-тийные. Конечно же, среди них трудно было найти представителей бывшей российской элиты. Как верно заметил известный экономист Н. Шмелев, “режим создавали люмпены. Кого ни возьми, у лидера заочное образование, у других — ветеринарное училище, как у Орджоникидзе или Поскребышева. Общий образ — недоучки. Не случайно, первый удар они нанесли по тем, кто мог противостоять им в силу образования и воспитания” .

Конечно, среди реформаторов были и культурные, высокообразованные личности (В. Ленин, Г. Кржижановский, Г. Чичерин), однако, замечание справедливо, если вспом-нить трагедию высланной за границу российской интеллигенции (философы, писатели), политических деятелей — депутатов Госдумы, членов временного правительства, аресто-ванных большевиками.

Система номенклатуры быстро совершенствовалась. В середине 20-х годов но-менклатуру центральных органов ВКП (б) составляли три категории назначений. В список № 1 входили должности, назначение на которые осуществлялось постановлением Полит-бюро ЦК; список № 2 формировался Орграспредотделом ЦК. Кроме того, существовала “ведомственная номенклатура” № 3, эти списки, составлялись госучреждениями, но при обязательном согласовании с Орграспредотделом ЦК. Нижестоящие партийные комитеты всех уровней имели соответственно свою номенклатуру. Система, сложившаяся в 20-е “принципиально не менялась до Горбачевской перестройки. О. Крыштановская отмечает: “должности... подразделялись на разряды, подобно табели о рангах прошлого столетия. Все сколь-нибудь значительные вакансии (вне зависимости от сферы деятельности) долж-ны были утверждаться партийной инстанцией соответствующего уровня” .

Таким образом, компартия через членство в ней граждан (и, естественно, через партийную дисциплину), через официальные “непартийные” и неофициальную (неафи-шируемую до ее исчезновения) номенклатурную систему — не только присутствовала во всех социальных ячейках, но “переиначивала их по своему образу в искусственные струк-туры, лишенные внутренних потенций (способностей) саморегуляции и саморазвития” .

Каждый индивид должен был сообразовывать с правилами номенклатурного со-циума свою жизненную стратегию, карьеру в любой сфере — производственной, научной, культурной, не говоря уже о политической.

Общенародная (тоталитарная) партия (номенклатура) организационно, идеологиче-ски, психологически обеспечивала “особого рода всеобщую сопричастность — массовую ответственность безответных масс” за социальный порядок. Даже репрессии были мас-совыми не только по числу приговоренных, но и по числу приговаривавших к смерти: го-лосованием на митингах, письмами в газеты, уроками в школах и т. д.

“Чудовищная мистификация процессов, отсутствие гласности, подлинной инфор-мированности облегчало манипулирование сознанием миллионов” . Организованный та-ким образом советский народ “сверху” представлял собой преимущественно номенклату-ру, а “снизу” — преимущественно массовую совокупность клиентов (клиентелу). “Социум ”советский народ“ вырос из социума ”диктатуры пролетариата“, а если быть точным, то последний ”поглотив все социальное пространство, стал общенародным” . При этом “диктатура пролетариата” устранила возможность объединения рабочих в профессио-нальные сообщества, удерживая их в состоянии массы. Кроме разрешенного всесоюзного профсоюза не могло быть и речи о каких-либо “независимых объединениях”. Д. Волкого-нов приводит выдержки одного из постановлений (1922 года) Политбюро: “любые съезды можно проводить лишь с разрешения ГПУ; усилить фильтрацию при приеме в учебные заведения, отдав предпочтение рабочим; запретить создание новых творческих и профес-сиональных обществ без обязательной регистрации ГПУ” .

Конечно, массовая клиентела коммунистической власти не исчерпывалась

←предыдущая следующая→
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 ... 



Copyright © 2005—2007 «Mark5»